Защита Репина. Ученый обучал Брежнева обращению с «ядерным чемоданчиком»

Вряд ли кто-то, услышав знаменитую фразу Владимира Путина: «Мы, как мученики, попадём в рай, а они в ад – потому что даже раскаяться не успеют», вспомнил имя одного учёного. Президент тогда имел в виду удар возмездия, который ждёт каждого, кто решится на ядерную агрессию в отношении России.

Неотвратимость наказания уже не одно десятилетие служит основой мира на земле. Автором этой концепции является учёный Владислав Репин, которому 8 ноября исполнилось бы 85 лет.

А если говорить сухим языком научных и военных терминов, то Владислав Георгиевич – основоположник отечественных стратегических систем ракетно-космической обороны, первый (в 1970–1987 гг.) главный конструктор системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН) и системы контроля космического пространства ­(СККП), профессор, Герой Социалистического Труда.

Заперли в лагере

Вопрос защиты страны от ядерного нападения со стороны США встал ребром в 1960‑х гг., в разгар холодной войны. Американцы к тому времени обладали баллистическими ракетами, способными достигнуть советской территории. До этого они уже применяли ядерное оружие в Японии. И не было никаких гарантий, что они не решат применить его вновь. А ещё казалось, что создание эффективной противоракетной обороны от массированного ракетного удара невозможно. Вернее, невозможно с учётом существовавших тогда знаний и технологий. Требовалось прин­ципиально новое решение. Для его выработки в 1970 г. в подмосковном пионерлагере «Голубые дали» собрали группу видных учёных и конструкторов. Они должны были находиться там до тех пор, пока не предложат выход из создавшегося положения. «Там было семь человек, среди которых и мой отец, Владислав Репин, – рассказывает «АиФ» Ирина Репина. – Они пробыли в «Далях» 12 дней. Отец отстаивал мнение, что ключевое значение для поддержания на земле мира имеет создание системы предупреждения о ракетном нападении. В итоге именно эта мысль и легла в основу оборонной политики нашего государства».

На тот момент Репину было 36 лет. При этом он уже был маститым учёным – диссертацию защитил через два года после окончания вуза, ещё через четыре года – докторскую. С выбором самого вуза – Физтеха – вышла интересная история. Как золотой медалист, Владислав без экзаменов был принят в МГИМО. Но в приёмной комиссии этого института он увидел объявление о создании Физико-технического института. Поддавшись импульсу, Репин забрал документы из МГИМО и поступил в Физтех. Сам учёный потом называл этот поступок «мальчишеской выходкой». Хотя в Физтех ему, медалисту, нужно было сдавать экзамены. И он их блестяще сдал. Поступил на радиотехнический факультет. Однокурсник Репина, академик Юрий Гуляев, рассказал «АиФ»: «Во Владиславе чувствовался лидер. Он был спортивным – имел разряд по плаванию и боксу. В уличной драке не пасовал – бывали и такие ситуации».

Ушёл в баню – и пропал

На третьем курсе института Репин стал семейным человеком. С Региной познакомился в поезде, когда возвращался из Казахстана, где был в геологической экспедиции. Отправился туда на летних каникулах мир посмотреть и денег заработать. А Регина ехала от родителей из Алма-Аты в Москву, где училась в Институте иностранных языков им. Мориса Тореза. В молодой семье одна за другой родились дочки – Ирина и Валерия.

С момента, когда Репину было поручено создание СПРН, он двадцать лет провёл в длительных командировках. Тогда по периметру страны создавались уникальные РЛС (радары) надгоризонтной и загоризонтной радиолокации, самые мощные в мире. Прибавьте к этому лазерные локаторы, оптико-электронные комплексы и спутники для контроля космического пространства. Рядом с Москвой строился командный пункт СПРН, для которых были разработаны сверхмощные ЭВМ и комплексные боевые программы. Цель была одна – обнаружение ракетного нападения на расстоянии 20 тыс. км. Владислав Репин вспоминал: «С 1970 по 1987 год я провёл на дальних объектах, расположенных по всей периферии нашей громадной страны от Закарпатья и Крыма на западе до Приморья и Камчатки на востоке и от Кольского полуострова и Заполярья на севере до Азербайджана и Таджикистана на юге».

РЛС «Дунай-3М» – советская радиоло- кационная станция дальнего обнаруже- ния (ДО). Снимок сделан американским спутником-разведчиком в 1967 г. РЛС «Дунай-3М» – советская радиоло- кационная станция дальнего обнаруже- ния (ДО). Снимок сделан американским спутником-разведчиком в 1967 г. Фото: Public Domain

На объект учёный приезжал в 7 утра, а возвращался в гостиницу после часа ночи. Да и дома он всё время посвящал работе. «Папа почти постоянно писал, сидя за столом или лёжа на диване, – вспоминает Ирина Репина. – Как-то значительно позже я спрашивала его: «Папа, а ты, когда разговариваешь с людьми на разные темы, в голове тоже пишешь формулы?» – «Конечно!» – удивлялся он вопросу».

Ирина Владиславовна вспоминает, как однажды утром отец ушёл в баню и пропал до позднего вечера: «Мама вся изволновалась. Наконец он явился: «Реночка, я такую задачу решил!» Это он в парной задумался и просидел там до закрытия бани. Теперь я думаю, что эта задача была – расчёт радиовзрывателя для снаряда «земля – воздух». В другой раз папа сел на трамвай, «увлёкся решением задач в уме» и долго ездил по кругу – пока не решил».

Виноват… экскаватор!

И всё-таки у учёного было хобби – путешествия по рекам на собственной небольшой лодке. И сопутствующая этому рыбалка. Все свои отпуска он проводил именно так – на лодке, с палаткой. А потом Репин собственноручно соорудил небольшой фанерный домик, который легко разбирался и помещался в машину типа «буханка». А на реке домик собирали и монтировали к лодке. Там была кухонька и комнатка. Учёный сделал его, чтобы жене и дочке было комфортнее с ним путешествовать. В этом общении с природой он черпал силы, которые были так необходимы.

После рыбалки. 1970-е гг. После рыбалки. 1970-е гг. Фото: Из личного архива

Первое испытание системы, над которой Репин и его команда работали не один год, не обо­шлось без эксцессов. За несколько часов до начала главному конструктору сообщили, что один из узлов системы вышел из строя. К счастью, удалось быстро выяснить, что всему виной экскаватор, который копал землю и перерезал кабель. До запланированного срока всё успели наладить. Государственные испытания прошли блестяще. Система, о которой учёный впервые заговорил в «Голубых далях» и в которую были вложены усилия миллионов людей, работала! И превосходила американскую, поскольку была полностью автоматизированной, тогда как за океаном последним звеном был оператор. У нас в этом смысле вовремя спохватились, один из военачальников сказал: «Если у монитора окажется солдат, то будет думать о девушках и пропустит ракету; посадишь генерала – зрение уже не то. Дайте нам полную автоматику!» И учёные дали. 

Приложил Владислав Репин руку и к созданию первого советского «ядерного чемоданчика». Именно Репин обучал Леонида Брежнева обращению с этой техникой.

Когда в 2014 г. в Москве была открыта мемориальная памятная доска конструктору Владиславу Репину, замминистра обороны РФ () Юрий Борисов отметил: «Гений Репина позволил обосновать тео­ретически и затем подтвердить на практике идеи обнаружения баллистических объектов и тем самым дал возможность обеспечить защиту и создать систему сдерживания и противовеса угрозы ядерного нападения».

Допускал ли сам учёный, что противник может отдать страшный приказ о ядерном нападении на нашу страну? «Допускал, – говорит Ирина. – Но всю свою жизнь посвятил тому, чтобы этого не произошло».

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Защита Репина. Ученый обучал Брежнева обращению с «ядерным чемоданчиком»